Четвертая дочь императора - Страница 42


К оглавлению

42

— Кукса, можно медиков послать на южные берега? Там выплывшие рикане. Много раненых. — Это заместитель командира дивизиона спрашивает.

— Как своих обработают, посылайте, — неохотно отзывается Гошка.

— А нету у нас раненых, — отзывается пожилой капитан третьего ранга, — Ливенец на батарее коленку рассадил, так каптер ему сразу выдал новые штаны, а, заодно ссадину серебрухой смазал.

— Каптер?

— Да, сержант Краббе.

— Ну, тогда, конечно, медиков можно посылать.

Гошка забирается на горочку. С юга видны дымы. Это охотники за шариками возвращаются с отчетом о проделанной работе. Досталось им нынче. Ротный, как узнал, что запустили все полторы тысячи, даже в лице изменился. А в море шлюпки и плотики, всякие обломки и головы выплывших моряков.

— Кукса, давай в укрытие. Их сигнальщики уже могут нас видеть, — матрос с лихтеровоза, что наблюдает в бинокль, спрятавшись в воронке.

— Раз видят, просигналь, чтобы пушки зачехлили.

* * *

Крейсера подбирали людей, спустив на воду все гребные суда. Шлюпки курсировали между кораблями и берегом, увозя моряков выплывших с затонувших кораблей. Гошка сидел в салоне лихтеровоза с постной миной и недовольно разглядывал перечень оставшихся боеприпасов. Напряженно. Взрывчатки и взрывателей для диверсантов — нормально. Снарядов меньше трех боекомплектов, торпед — полтора. Провизия — сухари и консервы на месяц. Уголек тоже повычерпали. Не так, чтобы совсем плохо, но простора для творчества немного.

— Крейсера уходят. Семафор дали: «До встречи».

Ага, вежливые какие. Знает он этот гадский язык. Если перевести дословно — «увижу тебя позднее». Вроде, учтивое прощание. А на самом деле — угроза.

— Ответьте! Добро пожаловать. Оно ведь по-ихнему одно слово. Вроде как, «хорошо, приходите».

Глава 17

Противник так и не появился, даже дозорного судна не обнаружили. Семьсот второй и семьсот третий пошли в поиск к материку, а семьсот первый повез разведгруппу в район порта Сайклинг. Пока ждали результатов, флагманский механик отказался модернизировать надстройку лихтеровоза, предложенную начальником оперативного отдела, поскольку газовые баллоны сварочных аппаратов почти пусты. Только если на что неотложное. Инициатор усовершенствований ужасно огорчился, и Гошка долго с ним говорил, успокаивал.

Вообще нервозность чувствуется. Команды утомлены, боевых действий, что всех встряхивают, нет уже скоро полсуток. Адреналиновый отходняк во всей красе. Элементы апатии и раздражительности. Опять же по дому соскучились все. Но как же хорошо, что все. Живы.

Вернулась разведка. Картинка сложилась ясная. Рикане все суда собирают в караваны и конвоируют военными кораблями. Можно, конечно наскочить, потрепать, но есть кусочек пожирнее. В порту Сайклинг собралось много груженых судов. Охрана порта — береговая батарея и пара некрупных вооруженных корабликов неизвестного типа. Похоже на сейнеры с пушками. Судя по тому, как заходят в фиорд, минных полей или боновых заграждений нет.

С момента наскока на Канопус прошло уже больше недели, почти две. Это что же получается? Рикане еще не успели как следует защитить свои порты? Или уже успокоились и потеряли бдительность? Неважно. В обоих случаях порт доступен с моря. Сигналы, которыми обмениваются приходящие суда, корабли охранения и береговой пост, разведчики «срисовали». Менять их часто не получится из-за отсутствия дальней связи, а вариант смены кодов по графику, похоже никому здесь не пришел еще в голову. План сложился естественно, вроде как сам собой.

* * *

Танкер и лихтеровоз вошли в порт перед рассветом. Флаги прятать здесь считается нечестным. Потому и приходится пользоваться темнотой. Подлость человеческая эволюционирует на этой планете своими причудливыми путями — рейдерам позволяется все. Зато моряки с них в плен никогда не попадают. Этакий местный фертифлякс.

Сигналы опознавания охрана приняла без проблем. А вот во внутренней акватории с момента возвращения разведчиков ситуация изменилась. Торговые суда оказались все на своих местах, зато появилось несколько военных кораблей. Видимо, готовились к проводке конвоя. Всюду разводят пары, отчего над водой стелется едкий, пахнущий серой дым. Еще чуть-чуть, и не застали бы!

«Ссадив» миноносцы, лихтеровоз, не «всплывая» хладнокровно выпустил четыре торпеды. Их просто скатили за борт и запустили отработанным способом. Вручную. Потом тихохонько развернулся, и поковылял на выход. Транспорт занял положение, с которого позиции береговой батареи оказались как на ладони, поскольку бруствер был обращен в сторону моря. Его пушки заговорили, как только взрывы торпед сообщили о завершении «тихой» фазы операции. Миноносцы тоже отстрелялись по заранее назначенным целям. Гошка с секундомером в руках поглядывая в бумажку с заранее составленным графиком, довольно хмыкнул. На риканских военных кораблях надрывались колокола громкого боя, призывая артиллерийскую прислугу занять места согласно боевому расписанию, транспорт, уничтожив батарею, крошил вооруженные сейнеры, как-то неожиданно появившиеся перед его орудиями, а стомиллимертовки миноносцев с минимальных дистанций на предельной скорострельности гвоздили военные корабли. К счастью, небронированные. Гавань тесная, все под рукой.

Устаревшие прототипы современных эскортов не спешили тонуть. Запаса живучести у них хватало. А вот паника, охватившая экипажи не делала чести их выучке, но льстила самолюбию имперских комендоров. Наконец где-то рванул котел, потом еще на одном поднялось пламя над носовой башней, и миноносцы на полном ходу двинулись на выход. Еще один взгляд на секундомер. Точно по графику. Одна незадача, обстрел береговых сооружений провести не удалось. Пришлось палить по боевым кораблям, чтобы самим не быть потопленными.

42